2411-14062411-1406

10.17059/ekon.reg.2025-2-18

Internal Migration in Kaliningrad Oblast: New and Old Tendencies

Внутренняя миграция в Калининградской области: новые и старые тенденции

https://orcid.org/0000-0002-8479-413X

Lialina

Anna V.

Лялина

Анна Валентиновна

anutamazova@mail.ru

https://orcid.org/0000-0002-8477-5342

Gumenyuk

Ivan S.

Гуменюк

Иван Сергеевич

IGumeniuk@kantiana.ru

https://orcid.org/0000-0002-5502-8866

Plotnikova

Angelina P.

Плотникова

Ангелина Петровна

a.plotnikova.1416@gmail.com

Immanuel Kant Baltic Federal UniversityБалтийский федеральный университет им. И. Канта

212514529

2025

https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/

https://www.economyofregions.org/ojs/index.php/er/article/view/1185

https://www.economyofregions.org/ojs/index.php/er/article/download/1185/437

Internal migration in Kaliningrad Oblast has become a key factor for the region’s balanced development amid declining net migration from outside its borders. In recent years, internal migration patterns have shifted significantly due to socio-economic disparities among districts. Both the volume and geographic structure of migration flows between districts and settlements have undergone transformation. This study aims to identify and explain the changes in internal migration dynamics in 2020–2023 compared to the earlier period of 2011–2019. The analysis employs general scientific and statistical methods, typology, as well as sociological and cartographic approaches. The analysis draws on official migration statistics from Kaliningradstat (the regional statistical agency) covering municipal, rural, and urban areas, as well as data from a population survey on migration intentions conducted in March–April 2024. The results indicate a trend toward population concentration in the regional center and suburbanization in the western part of the region. These patterns are driven by a combination of motivations to improve quality of life and increased economic and investment activity around the regional capital. While rural-to-urban migration and broader urbanization trends persist, they are now more pronounced in the eastern districts, whereas the influx into the Kaliningrad agglomeration has notably slowed. This shift is primarily attributed to the effects of the “poverty trap.” Additionally, transit migration has emerged across the outer suburban belt and the rapidly developing Guryevsky District, facilitated by improved transport accessibility and smaller cost-of-living differentials compared to peripheral areas. Nonetheless, it is premature to conclude that these observed transformations represent a completed shift toward a new internal migration regime in the region.

Внутренняя миграция населения в Калининградской области представляет собой важнейший ресурс сбалансированного развития региона в условиях снижения миграционного прироста из-за его пределов. Обусловленная внутренними пространственными диспропорциями в социально-экономическом развитии области, в последние годы она претерпела значительные изменения, которые касаются как объемов, так и географии потоков между муниципалитетами и поселениями. Цель исследования состоит в выявлении и обосновании произошедших изменений во внутренней миграции населения области в 2020–2023 гг. по сравнению с более раним периодом (2011–2019 гг.). В работе использованы общенаучные и статистические методы, типология, социологические и картографические методы. Информационную основу составили данные Калининградстата о миграционных процессах в регионе на уровне муниципалитетов, сельской и городской местности, данные проведенного весной 2024 г. массового опроса населения Калининградской области о миграционных настроениях. Исследование показало, что в регионе протекают процессы концентрации населения в областном центре и субурбанизации в западной части области по причинам распространения миграционной мотивации, обусловленной стремлением повысить качество жизни, с одной стороны, и ростом хозяйственной и инвестиционной активности вокруг региональной столицы, с другой. Урбанизация и сопряженные с ней потоки сельско-городской миграции сохраняются, но, главным образом, на востоке области, в то время как переток населения в Калининградскую агломерацию существенно замедлился. Причинами этого служит комплекс факторов, главным из которых является существование «ловушек бедности». Имеет место также транзитная миграция через пояс дальней пригородной зоны и быстрорастущий пригород областного центра – Гурьевский МО, вследствие возрастания транспортной доступности Калининграда и менее заметных градиентов в стоимости жизни по сравнению с периферией. Однако утверждать о завершенности выявленных трансформаций и переходе на новый характер процессов внутренней миграции населения в регионе преждевременно.

internal migrationrural-urban migrationmigration tiesmunicipalitiesspatial featuresperipherycenteragglomerationmigration connectivityKaliningrad Oblast

внутренняя миграциясельско-городская миграциямиграционные связимуниципальные образованияпространственные особенностипериферияцентрагломерациямиграционная связностьКалининградская область

This study was supported by grant No 23-77-01102, https://rscf.ru/project/23-77-01102/.

Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 23-77-01102, https://rscf.ru/project/23-77-01102/.

Вакуленко, Е. С. (2019). Мотивы внутренней миграции населения в России: что изменилось в последние годы? Прикладная эконометрика, 55, 113–138. https://doi.org/10.24411/1993–7601-2019-10013

Chankseliani, M., & Belkina, E. (2024). Academic Exodus from Russia: Unravelling the Crisis. Journal of Comparative & International Higher Education, 16(3), 97–105. https://doi.org/10.32674/jcihe.v16i3.6304

Зайончковская, Ж. А., Ноздрина, Н. Н. (2008). Миграционный опыт населения региональных центров России: на примере социологического опроса в 10 городах. Проблемы прогнозирования, (4), 98–111.

Chaplitskaya, A., Tassinari, G., Heijman, W., & van Ophem, J. (2024). Rural-urban migration within Russia: Prospects and drivers. Regional Science Policy & Practice, 16(9), 100053. https://doi.org/10.1016/j.rspp.2024.100053

Карачурина, Л. Б., Иванова, К. А. (2017). Миграция пожилых в России (по данным переписи населения 2010 г.). Региональные исследования, (3), 51–60.

Chervyakov, D., & Giucci, R. (2023). Relocation of people from Russia to Armenia: results of 2nd survey and update of economic implications. Policy Study Armenia. https://www.german-economic-team.com/wp-content/uploads/2023/04/GET_ARM_PS_02_2023_en.pdf (Date of access: 10.02.2025).

Карачурина, Л. Б., Мкртчян, Н. В. (2021). Внутрирегиональная миграция населения в России: пригороды выигрывают у столиц. Известия Российской академии наук. Серия географическая, 85(1), 24–38. https://doi.org/10.31857/S2587556621010076

Fedorov, G. M., Kinder, S., & Kuznetsova, T. Yu. (2021). The effect of geographical position and employment fluctuations on rural settlement trends. Baltic Region., 13(4), 129–146. https://doi.org/10.5922/2079–8555–2021–4-8

Карцева, М. А., Мкртчян, Н. В., Флоринская, Ю. Ф. (2024). Сельско-городская миграция в современной России через призму количественного и качественного анализа. Крестьяноведение, 9(2), 153–179. https://doi.org/10.22394/2500–1809-2024-9-2-153-179

Fedorov, G. M., Kuznetsova, T. Yu., & Razumovskiy, V. M. (2017). The effect of the sea on the economic development and settlement structure in the Kaliningrad Region. Izvestiya Russkogo geograficheskogo obshchestva [Proceedings of the Russian Geographical Society], 149(3), 15–31. (In Russ.)

Кузнецова, Т. Ю., Сибирева, Н. И. (2020). Экономико-демографические различия муниципальных образований Калининградской области. Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. Серия: Гуманитарные и общественные науки, (1), 43–55.

Geiger, M., & Syrakvash, V. (2023). Georgia as Transient Space and Talent Harbor for Russian and Belarusian IT Specialists. Journal of International Migration & Integration, 24(Suppl 5), 957–978. https://doi.org/10.1007/s12134–023–01082–0

Лялина, А. В. (2023). Внутрирегиональная миграция как фактор динамики численности населения муниципальных образований Калининградской области. Региональные исследования, (3), 65–80. https://doi.org/10.5922/1994–5280-2023-3-6

Gumenyuk, I. S., & Gumenyuk, L. G. (2021). Transport connectivity as a factor in overcoming challenges of the periphery: the case of rural areas in the Kaliningrad region, Baltic Region, 13(4), 147–160. https://doi.org/10.5922/2079–8555–2021–4-9

Лялина, А. В., Волошенко, К. Ю. (2024). Миграционный потенциал Калининградской области: миграционные настроения и намерения жителей эксклава. Демографическое обозрение, 11(4), 168–188. https://doi.org/10.17323/demreview.v11i4.24295

Karachurina, L. B., & Ivanova, K. A. (2017). Migration of the elderly in Russia (according to 2010 census data). Regional’nye issledovaniya [Regional Research], (3), 51–60. (In Russ.)

Максимова, А. С. (2016). Миграционная подвижность населения и ее оценка. Миграция и социально-экономическое развитие, 1(2), 97–110. https://doi.org/10.18334/migration.1.2.38083

Karachurina, L. B., & Mkrtchyan, N. V. (2021). Intraregional Population Migration in Russia: Suburbs Outperform Capitals. Regional Research of Russia 11(1), 48–60. https://doi.org/10.1134/S2079970521010068 (In Russ.)

Мкртчян, Н. В. (2015). Миграция в Москве и Московской области: региональные и структурные особенности. Региональные исследования, (3), 107–116.

Karachurina, L. B., & Mkrtchyan, N. V. (2023). Migration distances in Russia: a demographic profile of migrants. Baltic Region, 15(2), 4–22. https://doi.org/10.5922/2079–8555–2023–2-1

Мкртчян, Н. В. (2024). Миграция сельского населения в России в 2010-е годы. Демографическое обозрение, 11(2), 21–43. https://doi.org/10.17323/demreview.v11i2.21825

Karachurina, L. B., Mkrtchyan, N. V., & Savoskul, M. S. (2022). New Data on Population Migration in Russia: a Challenge for Researchers? Regional Research of Russia, 12(1), 51–66. https://doi.org/10.1134/S2079970522020034

Мкртчян, Н. В., Гильманов, Р. И. (2023). Движение вверх: миграция между уровнями поселенческой иерархии в России в 2010-е годы. Известия Российской академии наук. Серия географическая, 87(1), 29–41. https://doi.org/10.31857/S2587556623010132

Kartseva, М. А., Mkrtchyan, N. V., & Florinskaya, Yu. F. (2024). Rural-urban migration in contemporary Russia through the prism of quantitative and qualitative analysis. Krest’yanovedenie [Russian Peasant Studies], 9(2), 153–179. https://doi.org/10.22394/2500–1809–2024–9-2–153–179 (In Russ.)

Неустроева, А. Б., Барашкова, А. С. (2024). Внутрирегиональная миграция в Якутии: причины и стратегии поведения населения. Социологические исследования, (1), 40–50. https://doi.org/10.31857/S0132162524010045

Khodenko, S. V. (2008). Migration experience of the resident population in the context of sociological survey. Narodonaselenie [Population], (1), 85–92. (In Russ.)

Нефедова, Т. Г. (2019). Развитие постсоветского аграрного сектора и поляризация сельского пространства европейской части России. Пространственная экономика, 15(4), 36–56. https://dx.doi.Org/10.14530/se.2019.4.036-056

Kuznetsova, Т. Yu., & Sibireva, N. I. (2020). Economic and demographic distinctions between municipal districts of the Kaliningrad region. Vestnik Baltijskogo federal’nogo universiteta im. I. Kanta. Seriya: Gumanitarnye i obshchestvennye nauki [IKBFU’s Vestnik. Series: Humanities and social science], (1), 43–55. (In Russ.)

Нефедова, Т. Г., Мкртчян, Н. В. (2017). Миграция сельского населения и динамика сельскохозяйственной занятости в регионах России. Вестник Московского университета. Серия 5. География, (5), 58–67.

Lialina, A. V. (2023). Intraregional migration as factor of population growth in municipalities of Kaliningrad oblast. Regional’nye issledovaniya [Regional Research], (3), 65–80. https://doi.org/10.5922/1994–5280–2023–3-6 (In Russ.)

Никулина, Ю. Н., Арефьева, В. А., Сарайкин, В. А. (2022). Альтернативная сельская занятость и её связь с возвратной миграцией горожан. Народонаселение, 25(1), 118–128. https://doi.org/10.19181/population.2022.25.1.10

Lialina, A., & Voloshenko, K. (2024). Migration potential of the Kaliningrad region: migration sentiments and intentions of residents of the exclave. Demograficheskoe obozrenie [Demographic Review], 11(4), 168–188. https://doi.org/10.17323/demreview.v11i4.24295 (In Russ.)

Положихина, М. А. (2024). Направления и проблемы изучения внутренней миграции в России. Социальные новации и социальные науки, (1), 11–36. https://doi.org/10.31249/snsn/2024.01.01

Maksimova, A. S. (2016). Migration mobility of the population and its assessment. Migraciya i sotsial’no-ekonomicheskoe razvitie [Migration and social development], 1(2), 97–110. https://doi.org/10.18334/migration.1.2.38083 (In Russ.)

Рыбаковский, Л. Л. (1969). Проблемы формирования народонаселения Дальнего Востока. Хабаровск: АН СССР, Сиб. Отделение Хабаровский комплексный науч.-исслед. ин-т, 200.

Mkrtchyan, N. V. (2015). Migration in Moscow and Moscow region: regional and structural peculiarities. Regional’nye issledovaniya [Regional Research], (3), 107–116. (In Russ.)

Рязанцев, С. В., Брагин, А. Д. (2023). Миграция в сельской местности этнонациональных регионов Российской Федерации: тренды и последствия. Урбанистика, (4), 62–77. https://doi.org/10.7256/2310–8673.2023.4.69059

Mkrtchyan, N. V. (2019). Migration in rural areas of Russia: territorial differences. Population and Economics, 3(1), 39–51. https://doi.org/10.3897/popecon.3.e34780

Федоров, Г. М., Кузнецова, Т. Ю., Разумовский, В. М. (2017). Влияние близости моря на развитие экономики и расселения Калининградской области. Известия Русского географического общества, 149(3), 15–31.

Mkrtchyan, N. V. (2024). Migration of the rural population in Russia in the 2010s. Demograficheskoe obozrenie [Demographic Review], 11(2), 21–43. https://doi.org/10.17323/demreview.v11i2.21825 (In Russ.)

Ходенко, С. В. (2008). Миграционный опыт постоянного населения в контексте социологического опроса. Народонаселение, (1), 85–92.

Mkrtchyan, N. V., & Gilmanov, R. I. (2023). Moving Up: Migration between Levels of the Settlement Hierarchy in Russia in the 2010s. Izvestiya Rossiiskoi Akademii Nauk. Seriya Geograficheskaya, 87(1), 29–41. https://doi.org/10.31857/S2587556623010132 (In Russ.)

Mkrtchyan, N., & Vakulenko, E. (2019). Interregional migration in Russia at different stages of the life cycle. GeoJournal, 84(6), 1549–1565. https://doi.org/10.1007/s10708–018–9937–5

Nefedova, T. G. (2019). Development of the Post-Soviet Agricultural Sector and Rural Spatial Polarization in European Russia. Prostranstvennaya ekonomika [Spatial Economics], 15(4), 36–56. https://dx.doi.Org/10.14530/se.2019.4.036–056 (In Russ.)

Nefedova, T. G., & Mkrtchan, N. V. (2017). Migration of rural population and dynamics of agricultural employment in the regions of Russia. Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 5, Geografia [Moscow University Bulletin. Series 5, Geography], (5), 58–67. (In Russ.)

Neustroeva, A. B., & Barashkova, A. S. (2024). Intraregional migration in Yakutia: causes and strategies of population behavior. Sotsiologicheskie issledovaniya [Sociological Studies], (1), 40–50. https://doi.org/10.31857/S0132162524010045 (In Russ.)

Nikulina, Y. N., Arefieva, V. A., & Saraikin, V. A. (2022). Non-agricultural rural employment and urban-rural migration: is there a connection? Narodonaselenie [Population], 118–128. https://doi.org/10.19181/population.2022.25.1.10 (In Russ.)

Polozhikhina, M. A. (2024). Directions and problems of studying internal migration in Russia (Review). Sotsial’nye novatsii i sotsial’nye nauki [Social Novelties and Social Sciences], (1), 11–36. https://doi.org/10.31249/snsn/2024.01.01 (In Russ.)

Karachurina, L. B., & Mkrtchyan, N. V. (2023). Migration distances in Russia: a demographic profile of migrants. Baltic Region, 15(2), 4–22. https://doi.org/10.5922/2079–8555-2023-2-1

Ruseishvili, S., & Ryazantsev, S. (2024). Transcontinental trajectories: Exploring Russian war-induced migration dynamics in Brazil. International Migration, 62(6), 189–210. https://doi.org/10.1111/imig.13322

Ryazantsev, S. V., & Bragin, A. (2023). Migration in rural areas of Ethno-national regions of the Russian Federation: trends and consequences. Urbanistika [Urban Studies], (4), 62–77. https://doi.org/10.7256/2310–8673.2023.4.69059 (In Russ.)

Mkrtchyan, N. V. (2019). Migration in rural areas of Russia: territorial differences. Population and Economics, 3(1), 39–51. https://doi.org/10.3897/popecon.3.e34780

Rybakovskiy, L. L. (1969). Problemy formirovaniya narodonaseleniya Dal’nego Vostoka [Problems of the formation of population of the Far East]. Khabarovsk: Academy of Sciences of the USSR, Siberian Branch. Khabarovsk Integrated Research Institute, 200. (In Russ.)

Mkrtchyan, N., & Vakulenko, E. (2019). Interregional migration in Russia at different stages of the life cycle. GeoJournal, 84(6), 1549–1565. https://doi.org/10.1007/s10708-018-9937-5

Vakulenko, E. (2019) Motives for internal migration in Russia: What has changed in recent years? Prikladnaya ekonometrika [Applied Econometrics], 55, 113–138. https://doi.org/10.24411/1993–7601–2019-10013 (In Russ.)

Zaionchkovskaya, Zh. A., & Nozdrina, N. N. (2008). The migration experience of the population of Russian regional centers, based on a sociological survey in 10 cities. Studies on Russian Economic Development, 19(4), 395–404.