2411-14062411-140610.17059/ekon.reg.2025-3-15Infrastructure Projects as the Basis for Connectivity and China’s New Spatial FrameworkИнфраструктурные проекты как основа связности и нового пространственного каркаса Китаяhttps://orcid.org/0000-0002-8879-978XSeliverstovViacheslav E. Селиверстов Вячеслав Евгеньевичsel@ieie.nsc.ruInstitute of Economics and Organization of Industrial Production, Siberian Branch of RASИнститут экономики и организации промышленного производства СО РАН213786801Copyright © 2025 2025 https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/https://www.economyofregions.org/ojs/index.php/er/article/view/1172https://www.economyofregions.org/ojs/index.php/er/article/download/1172/463

Russia and China share a similar trend in political and economic thinking as the role of space is undergoing re-evaluation. Once seen as a burden demanding immense resources to manage across vast territories, space is now increasingly regarded as a key strategic asset. This shift stems from a deliberate state approach combining spatial planning, structural investment, and infrastructure development. The purpose of this article is to examine the specific features of China’s spatial development, the role of its infrastructure projects and cross-border interactions, and to assess the potential applicability of Chinese experience to Russia. The study employs a systematic approach, combining chronological, factorial, and structural analysis with comparative-historical methods, as well as the examination of contemporary policy documents on PRC development, recent statistics, and works by Chinese scholars and experts. The research hypothesis is that infrastructure development, cross-border interactions, and institutional conditions play a decisive role in shaping China’s modernisation model of spatial development. This hypothesis is supported by the analysis of infrastructure projects as the foundation of connectivity and the new spatial framework of China in three key areas: 1) the creation of a modern multimodal transportation and logistics system; 2) the development of a comprehensive system of hydraulic structures regulating national water use; and 3) the expansion of digital connectivity infrastructure. These initiatives have delivered substantial multiplier effects, driving economic growth, creating millions of jobs, advancing cutting-edge technologies, and culminating in the construction of the world’s largest high-speed rail network. However, institutional factors and conditions remain the weakest link in the anticipated modernisation of both the Chinese and Russian development models and their spatial components. Chinese analysts emphasise this issue, particularly in relation to the implementation of development strategies for the PRC’s macro-regions, especially the Northeastern macro-region. It is concluded that China’s strategic orientation and practical achievements illustrate a development model that Russia, and especially its key macro-region Siberia, should pursue.

В политике и экономике России и Китая происходит переоценка фактора пространства: вместо «бремени», требующего громадных затрат на его преодоление на громадных территориях, оно становится важнейшим стратегическим ресурсом этих стран. Это происходит не автоматически, а в результате целенаправленной государственной политики (пространственной, структурной инвестиционной, инфраструктурной). Цель статьи — выявление особенностей пространственного развития КНР, роли ее инфраструктурных проектов и трансграничных взаимодействий, а также оценка возможностей использования китайского опыта в России. Для этого применялся системный подход, хронологический, факторный и структурный анализ, сравнительно-исторический метод и использовался анализ современных программных документов развития КНР, новая статистика и публикации китайских ученых и экспертов. Гипотеза исследования состояла в том, что решающее значение в формировании модернизационной модели пространственного развития Китая играют инфраструктурное развитие, трансграничные взаимодействия и институциональные условия. Для ее подтверждения исследовались итоги реализации инфраструктурных проектов как основы связности и нового пространственного каркаса Китая по трем направлениям: 1) формирование современной мультимодальной транспортно-логистической системы КНР; 2) развитие мощной системы гидротехнических сооружений, регулирующих национальную систему водопользования КНР; 3) развитие системы цифровой связности пространства Китая. Сделан вывод, что они обладали большим мультипликативным эффектом и стали сильным драйвером развития китайской экономики, обеспечили создание миллионов новых рабочих мест, стимулировали развитие новейших технологий. В Китае была создана самая крупная в мире система высокоскоростных железнодорожных магистралей. В то же время самым слабым звеном в ожидаемой модернизации как китайской, так и российской модели развития и ее «пространственного сегмента» являются институциональные факторы и условия. Китайские аналитики ставят этот фактор на первое место, говоря о проблемах в реализации стратегий развития мак­рорегионов КНР (и особенно северо-восточного макрорегиона). Сделан основной вывод, что Китай своими стратегическими установками и реальной практикой реализует ту модель развития, на которую должна перейти Россия и ее важнейший макрорегион – Сибирь.

China’s spatial developmentinfrastructure projectscross-border interactionsspatial connectivityпространственное развитие Китаяинфраструктурные проектытрансграничные взаимодействиясвязность пространства

The article was prepared according to the R&D plan of the IEOPP SB RAS, project “Expert-analytical, organizational and methodological components of the system of indicative planning of scientific and technological and balanced spatial development of Russia in the implementation of large investment projects” (FWZF-2024–0001).

Статья подготовлена по плану НИР ИЭОПП СО РАН, проект «Экспертно-аналитические, организационные и методические составляющие системы индикативного планирования научно-технологического и сбалансированного пространственного развития России при реализации крупных инвестиционных проектов» (FWZF-2024–0001).

Александрова, М. В., Сюэ, Х. (2019). Формирование экономического региона Пекин – Тяньцзинь – Хэбэй. Проблемы Дальнего Востока, (5(2)), 24–30. https://doi.org/10.31857/S013128120007501-2Alexandrova, M. V., & Xue, H. (2019). Formation of the Beijing – Tianjin – Hebei economic region. Problemy Dal’nego Vostoka [Far Eastern Studies], (5(2)), 24–30. https://doi.org/10.31857/S013128120007501-2 (In Russ.) Аузан, А. А. (2022). Культурные коды экономики. Как ценности влияют на конкуренцию, демократию и благосостояние народа. Москва: Издательство АСТ, 160.Auzan, A. A. (2022). Kul’turnye kody ekonomiki. Kak tsennosti vliyayut na konkurentsiyu, demokratiyu i blagosostoyanie naroda [Cultural Codes of Economy. How values influence competition, democracy and welfare of the people]. Moscow: AST Publishers, 160. (In Russ.)Баженова, Е. С., Островский, А. В. (2016). Синьцзян – горизонты нового шелкового пути (2-е изд.). Москва: Издательство МБА, 276.Bazhenova, E. S., & Ostrovsky, A. V. (2016). Xinjiang – Horizons of the New Silk Road (2nd ed.). Moscow: Publisher MBA, 276. (In Russ.)Борох, О. Н., Ломанов, А. В. (2024). Модернизация китайского типа: эволюция концепции. Мировая экономика и международные отношения, 68 (1), 31–47. https://doi.org/10.20542/0131–2227-2024-68-1-31-47 Borokh, O. N., & Lomanov, A. V. (2024). Chinese-style modernization: evolution of the concept. Mirovaya ekonomika i mezhdunarodnye otnosheniya [World Eсonomy and International Relations], 68 (1), 31–47. https://doi.org/10.20542/0131–2227-2024-68-1-31-47 (In Russ.)Захаржевская, А. Ю. (2021). Неравномерность развития регионов КНР: зависимость от секторальной структуры экономики. Региональные исследования, (1(71)), 84–95. https://doi.org/10.5922/1994–5280-2021-1-7 Chang, X. (2021). Хin fazhan jieduan dongbei zhenxing lujing tantao [Discussion on the Path of Revitalization of Northeast China in the New Development Stage]. Renmin luntan xueshuqianyan [People’s Forum·Academic Frontier], (20), 111–124. https://doi.org/10.16619/j.cnki.rmltxsqy.2021.20.014 (In Chinese)Ларин, В. Л. (2021). Россия в планах и программах приграничных территорий Китая. Мировая экономика и международные отношения, 65 (12), 5–14. https://doi.org/10.20542/0131–2227-2021-65-12-5-14 Chen, Y. (2017). Хinyilun dongbei zhenxing zhanlüe yao sikao de jige guanjianwenti [Several key issues to consider in the new round of Northeast China revitalization strategy]. Jingji zongheng [Economic Prospects], (1), 8–12. (In Chinese)Ли, Ю. (2021). Совместная реализация инициативы «Один пояс – один путь» в контексте стыковки стратегий экономического развития Китая и России. Регион: экономика и социология, (2(110)), 211–235. https://doi.org/10.15372/REG20210209 Hu, H. Y. (1935). Zhongguo renkou zhi fenbu – fu tongjibiao yu midu tu [The Distribution of Population in China, With Statistics and Maps]. Dilixue bao [Acta Geographica Sinica], 2 (2), 33–74. https://doi.org/10.11821/xb193502002 (In Chinese)Лю, И. Авдокушин, Е. Ф. (2023). Формирование и развитие Цифрового шелкового пути Китая. Москва: Издательско-торговая корпорация «Дашков и Ко», 215.Larin, V. L. (2021). Russia in the plans and programs of PRC border regions. Mirovaya ekonomika i mezhdunarodnye otnosheniya [World Economy and International Relations], 65 (12), 5–14. https://doi.org/10.20542/0131–2227-2021-65-12-5-14 (In Russ.)Ма, Х., Мэн, Ч., Ян, Д., Ван, Х. (2019). Цифровая трансформация Китая. Опыт преобразования инфраструктуры национальной экономики. Москва: Интеллектуальная Литература, 256.Li, P. (2022). Ijie yu yingdui: woguo xin fazhan jieduan de nanbei chaju [The North-South Gap in the New Development Stage of China]. Shehui fazhan yanjiu [Social Development Research], (1), 1–13. (In Chinese)Макеева, С. Б. (2020). Опыт китайской школы пространственного анализа в изучении актуальных проблем регионального развития КНР во второй половине ХХ – начале ХХI в. Общество и государство в Китае. 50-1 (34), 842–850. Li, Y. (2021). Joint work on the Belt and Road Initiative within the strategic conjugation of China’s and Russia’s economic strategies. Region: ekonomika i sotsiologiya [Region: Economics and Sociology], (2(110)), 211–235. https://doi.org/10.15372/REG20210209 (In Russ.)Макеева, С. Б. (2023). Формирование и реализация стратегий регионального развития в Китайской Народной Республике (1978–2012 годы) [автореф. дис. … д-ра ист. наук: 5.6.2, Кубанский государственный университет]. Краснодар, 47.Liu, G., & Liu, J. (2023). «Yidai yilu» changyi xia dongbei lao gongye jidi quanmian zhenxing shixian xin tupo: zhongyaoxing qianli youshi tupo fangxiang nandian ji shixian lujing [The comprehensive revitalization of the old industrial base in Northeast China under the Belt and Road Initiative has achieved new breakthroughs: importance, potential advantages, breakthrough directions, difficulties and implementation paths]. Dongbeiya jingji yanjiu [Northeast Asian Economic Research], 7 (02), 23-33. https://doi.org/10.19643/j.cnki.naer.2023.02.002 (In Chinese) Навдаева, М. Е. (2024). Морская экономика как основа построения великой морской державы в Китае. Российско-китайские исследования, 8 (2), 156–164.Liu., I. & Avdokushin, E. F. (2023). Formirovanie i razvitie Tsifrovogo shelkovogo puti Kitaya [Formation and Development of China’s Digital Silk Road]. Moscow: Publishing and Trading Corporation «Dashkov and Ko», 215. (In Russ.)Попов, В. В. (2025). Китайская модель. Почему Китай отставал от Запада, а теперь его обгоняет. Fortis Press, 392.Liu, Q., & Qi, X. (2018). “Yidai yilu” kuangjia xia zhongguo dongbei diqu yu eluosiyuandongdiqu fazhan zhanlüe duijie yu hezuo [Strategic alignment and cooperation between China’s Northeast and Russia’s Far East under the Belt and Road Initiative]. Dongbeiya luntan [Northeast Asia Forum], (02), 34–51. https://doi.org/10.13654/j.cnki.naf.2018.02.003 (In Chinese)Портяков, В. А. (2021). Экспериментальные зоны свободной торговли в Китае. Москва: ИДВ РАН, 104. Ma, Kh., Men, Ch., Yan, D., & Van, Kh. (2019). Tsifrovaya transformatsiya Kitaya. Opyt preobrazovaniya infrastruktury natsional’noi ekonomiki [China’s Digital Transformation: The Experience of Transforming the Infrastructure of the National Economy]. Moscow: Intellectual Literature, 256.Самбурова, Е. Н. (2014). Региональные диспропорции современного развития экономики Китая. Вестник Московского университета. Серия 5: География, (4), 49–55.Makeeva, S. B. (2020). The Experience of the Chinese School of Spatial Analysis in the Study of Urgent problems of PRC Regional Development in the Second Half of the XX and the Beginning of the XXI Сentury. Obshchestvo i gosudarstvo v Kitae [Society and State in China], 50-1 (34), 842–850. (In Russ.)Селиверстов, В. Е. (2024). О контурах и реалистичности новой модели развития Сибири. Регион: экономика и социология, (1(121), 66–114. https://doi.org/10.15372/REG20240102 Makeeva, S. B. (2023). Formirovanie i realizatsiya strategii regional’nogo razvitiya v Kitaiskoi Narodnoi Respublike (1978–2012 gody) [avtoref. dis. … doktora istoricheskikh nauk] [Formation and implementation of regional development strategies in the People’s Republic of China (1978–2012) [abstract of the dissertation of the Doctor of history: 5.6.2, Kuban State University]]. Krasnodar, 47. (In Russ.)Ставров, И. В. (2017). «Возрождение Северо-Восточного Китая» в программных документах Пекина в начале XXI в. Россия и АТР, (4(98)), 69–87.Navdaeva, M. E. (2024). Maritime Economy as a Basis for Building a Great Maritime Power in China. Russian-Chinese Studies, 8 (2), 156–164 (In Russ.)Сунь, Ч. (2024). Гармонизация развития стран Евразии в контексте реализации и модернизации стратегической инициативы «Пояс и путь». Регион: экономика и социология, (3(123)), 202–221. https://doi.org/10.15372/REG20240309 Popov, V. V. (2025). Kitaiskaya model’. Pochemu Kitai otstaval ot Zapada, a teper’ ego obgonyaet [The Chinese Model: Why China Lagged Behind the West and Is Now Overtaking It]. Fortis Press, 392. (In Russ.)Сюй, П., Сюй, Ц. (2025). Влияние стратегии масштабного освоения Западного макрорегиона на пространственное развитие Китая: эффективность внутренней политики и проблемы. Регион: экономика и социология, (2(126)), 186–230. https://doi.org/10.15372/REG20250208 Portaykov, V. Ya. (2021). Eksperimental’nye zony svobodnoi torgovli v Kitae [Pilot free trade zones in China]. Moscow: IFES RAS, 104.李培林 [Ли, П.] (2022). 理解与应对: 我国新发展阶段的南北差距 [Разрыв между Севером и Югом на новом этапе развития Китая]. 社会发展研究 [Исследования социального развития], (1), 1 – 13.Samburova, E. N. (2014). Regional disparities in the presentqday development of China’s economy. Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 5: Geografiya [Moscow University Bulletin. Series 5, Geography], (4), 49–55. (In Russ.)刘国斌刘金玉 [Лю, Г., Лю, Ц.] (2023). “一带一路”倡议下东北老工业基地全面振兴 实现新突破：重要性、潜力优势、突破方向、难点及实现路径. [Новые прорывы в возрождении старых промышленных баз на северо-востоке Китая в рамках инициативы «Один пояс – один путь»: значение, потенциальные преимущества, направление прорыва, трудности и путb к реализации]. 东北亚经济研究 [Исследования экономики Северо-Восточной Азии], (02), 23-33. https://doi.org/10.19643/j.cnki.naer.2023.02.002 Seliverstov, V. E. (2024). A new model for Siberia’s development: Exploring the contours and feasibility. Region: ekonomika i sotsiologiya [Region: Economics and Sociology], (1(121), 66–114. https://doi.org/10.15372/REG20240102 (In Russ.)刘清才齐欣 [Лю Ц., Ци С.] (2018) “一带一路”框架下中国东北地区与俄罗斯远东地区发展战略对接与合作 [Стратегическое взаимодействие и сотрудничество между Северо-Востоком Китая и Дальним Востоком России в рамках инициативы «Один пояс – один путь»]. 东北亚论坛 [Форум Северо-Восточной Азии], (02), 34–51. https://doi.org/10.13654/j.cnki.naf.2018.02.003 Stavrov, I. V. (2017). «Revival of Northeast China» in the program documents of Beijing at the beginning of the 21st century. Rossiya i ATR [Russia and the Pacific], (4(98)), 69–87. (In Russ.)胡焕庸 [Ху, Х.] (1935). 中国人口之分布 – 附统计表与密度图 [Распределение населения Китая — статистические таблицы и карты плотности]. 地理学报, Географический журнал, 2 (2), 33–74. https://doi.org/10.11821/xb193502002 Sun, Z. (2024). Harmonizing Eurasian Development Through the Implementation and Modernization of the Belt and Road Initiative. Region: ekonomika i sotsiologiya [Region: Economics and Sociology], (3(123)), 202–221. https://doi.org/10.15372/REG20240309 (In Russ.)常修泽 [Чан, С.] (2021). 新发展阶段东北振兴路径探讨 [Дискуссия о пути возрождения Северо-Восточного Китая на новом этапе развития.]. 人民论坛·学术前沿 [Народный форум ·Академический рубеж], (20), 111–124. https://doi.org/10.16619/j.cnki.rmltxsqy.2021.20.014 Xu, P., & Xu, J. (2025). The impact of the Western macro-region’s large-scale development strategy on China’s spatial deve – lopment: domestic policy efficience and challenges. Region: ekonomika i sotsiologiya [Region: Economics and Sociology], (2(126)), 186–230. https://doi.org/10.15372/REG20250208 (In Russ.)陈耀 [Чэнь, Я.] (2017). 新一轮东北振兴战略要思考的几个关键问题 [Несколько ключевых вопросов, которые должны быть рассмотрены в новом раунде стратегии возрождения Северо-Восточного Китая]. 经济纵横 [Экономические перспективы], (1), 8–12.Zakharzhevskaya, A. Yu. (2021). Disparities of China’s regions development: dependence on the sectoral economic structure. Regional’nye issledovaniya [Regional Research], (1(71)), 84–95. https://doi.org/10.5922/1994–5280-2021-1-7 (In Russ.)