2411-14062411-140610.17059/ekon.reg.2025-3-4The Role of Russia and China in Shaping the Integration Contours of the Greater Eurasian PartnershipРоль России и Китая в развитии интеграционного контура Большого Евразийского партнерстваhttps://orcid.org/0000-0003-4975-0905AndreevaElena L. АндрееваЕлена Леонидовнаandreeva.el@uiec.ruhttps://orcid.org/0000-0001-7173-5328Ratner Artem V. РатнерАртем Витальевич ratner.av@uiec.ruhttps://orcid.org/0000-0001-5758-4527Ilyasov Petr V. ИльясовПётр Владимирович ilyasov.pv@uiec.ruInstitute of Economics of the Ural Branch of RASИнститут экономики УрО РАНInstitute of Economics of the Ural Branch of RASИнститут экономики УрО РАН213630642Copyright © 2025 2025 https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/https://www.economyofregions.org/ojs/index.php/er/article/view/1151https://www.economyofregions.org/ojs/index.php/er/article/download/1151/452

In light of Russia’s goal to strengthen economic ties with EAEU members and key partners, an essential research task is to examine how the resources of Greater Eurasian Partnership (GEP) participants complement each other, as resource complementarity directly shapes the partnership’s integration patterns. This study aims to substantiate the key contours of GEP integration and assess the respective contributions of Russia and China to its development. The underlying hypothesis is that their cooperation acts as a driving force behind the GEP. The GEP is conceptualized as a distinctive form of “civilizational partnership,” which enhances the roles of Russia and China in the Eurasian space. Using methods of economic-geographical, statistical, historical, and logical analysis, the study systematizes EAEU agreements with external partners and examines the geographical and sectoral contours of the GEP. It also evaluates the roles of Russia and China within this framework. The study demonstrates how Russia and China are advancing an inter-civilizational partnership across Eurasia. It identifies the levels of integration intensity across key spheres of cooperation within the GEP: natural resources and energy, food, technology, human capital, R&D, infrastructure, and monetary-financial systems. The analysis highlights significant economic complementarity between Russia and China, alongside a notable imbalance favouring China. This disparity is especially pronounced in the technological sector, where China holds 69.9 % of manufacturing capacities compared to Russia’s 4.1 %; in R&D, with China accounting for 95.4 % of patent applications versus Russia’s 1.3 %; and in infrastructure, where China controls 60.6 % of container port traffic compared to Russia’s 1.2 %. These integration advantages should be harnessed to shape the future development of the GEP. In order to achieve this, it is necessary to redefine Russian-Chinese cooperation by taking into account each country’s economic strengths and to leverage advanced manufacturing technologies that enhance energy, food, technological, and infrastructure security. These findings may inform policy planning and economic cooperation strategies between Russia and its international partners.

Потребность России развивать торгово-экономическое сотрудничество со странами Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и его партнёрами актуализирует исследование ресурсной взаимодополняемости участниц Большого Евразийского партнёрства (далее БЕП), влияющей на его контур. Цель настоящей статьи — обосновать интеграционные контуры БЕП и оценить вклад РФ и КНР в его формирование. Гипотеза состоит в том, что данный вклад в развитие интеграционных контуров является драйвером развития БЕП. Перспективное пространство БЕП определено как особого типа «партнёрство цивилизаций», оказывающее влияние на повышение роли и значимости сотрудничества России и Китая на евразийском пространстве. С помощью методов экономико-географического, экономико-статистического, исторического, логического анализа систематизированы соглашения ЕАЭС с партнёрами, проанализированы географический и отраслевой контуры сотрудничества, оценена роль РФ и КНР в БЕП. В результате исследования показана роль Евразии в развитии Россией и Китаем межцивилизационного партнёрства, а также выделены уровни интенсивности интеграции в важнейших сферах взаимодействия в БЕП: природно-энергетической, продовольственной, технологической, кадровой, интеллектуальной, инфраструктурной, валютно-финансовой. При выявленной экономической взаимодополняемости РФ и КНР следует отметить значительный перевес в пользу Китая в технологической (например, доля мощностей обрабатывающей промышленности — 69,9 % при 4,1 % у РФ), интеллектуальной (например, 95,4 % заявок на патенты при 1,3 % у РФ), инфраструктурной (60,6 % портового контейнеропотока при 1,2 % у РФ) сферах. Данные интеграционные преимущества следует использовать для развития перспективного пространства БЕП, предполагающего новое содержательное наполнение российско-китайского сотрудничества с учетом специфики стран и передовых производственных технологий, вносящих вклад в обеспечение энергетической, продовольственной, технологической и инфраструктурной безопасности евразийского пространства. Результаты исследования могут быть использованы органами власти и институтами развития различного уровня при формировании и реализации планов экономического взаимодействия ЕАЭС, России и Китая со странами-партнёрами по БЕП.

Greater Eurasian Partnershipintegration contourcivilizational partnershiplevels of partnershippartnership spherespartnership directionsprospective cooperation spacetransformation of global economic relationsБольшое Евразийское партнёрствоинтеграционный контурпартнёрство цивилизацийуровни партнёрствасферы партнёрстванаправления партнёрстваперспективное пространство сотрудничестватрансформация мирохозяйственных связей

The research was supported by the Russian Science Foundation, project 25-28-01505, https://rscf.ru/project/25-28-01505.

Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 25-28-01505, https://rscf.ru/project/25-28-01505.

Андреева, Е. Л., Сапир, Е. В., Карх, Д. А., Карачев, И. А. (2019). Компаративный анализ внешнеэкономического развития фармацевтического сектора в РФ и США. Экономика региона, 15(2), 576–589. https://doi.org/10.17059/2019-2-20Alesina, A., & La Ferrara, E. (2005). Ethnic Diversity and Economic Performance. Journal of Economic Literature, 43(3), 762–800.Бабаев, К. В. (2024). Идея «Большой Евразии» и поворот российской экономики на Восток. Экономика Центральной Азии, 8(2), 91–110. https://doi.org/10.18334/asia.8.2.121012Andreeva, E. L., Sapir, E. V., Karkh, D. A., & Karachev, I. A. (2019). Comparative Analysis of Foreign Economic Development of Pharmaceutical Sector in Russia and the USA. Ekonomika regiona [Economy of region], 15(2), 576–589. https://doi.org/10.17059/2019-2-20 (In Russ.)Бабаев, К. В., Кортунов, А. В., Фэн, Ю., Гао, Ц. (2023). Российско-китайский диалог: модель 2023. Москва: НП РСМД, 88.Babaev, K. V. (2024). The idea of Greater Eurasia and the Russian economy’s turn to the East. Ekonomika Tsentral’noi Azii [Journal of Central Asia Economy], 8(2), 91–110. https://doi.org/10.18334/asia.8.2.121012 (In Russ.)Бордачев, Т. В. (2015). Новое евразийство. Как сделать сопряжение работающим. Россия в глобальной политике, 13(5), 194–205.Babaev, K. V., Kortunov, A. V., Feng, Y., & Gao, J. (2023). Rossiisko-kitaiskii dialog: model’ 2023 [Russian-Chinese Dialogue: The 2023 Model]. Moscow: RIAC, 88. (In Russ.)Герасимов, В. И., Коданева, С. И. (2023). Большая Евразия: национальные и цивилизационные аспекты развития и сотрудничества. Век глобализации, (2), 90–101. https://doi.org/10.30884/vglob/2023.02.08Bordachev, T. V. (2015). New Eurasianism – how to make interface working. Rossiya v global’noi politike [Russia in Global Affairs], 13(5), 194–205. (In Russ.)Гавритухин, А. В., Иванова, Н. И. (2023). Особенности развития российско-китайских внешнеторговых отношений в 2019–2023 гг. Экономические отношения, 13(4), 819–830. https://doi.org/10.18334/eo.13.4.119250Diamond, A. (2024). A globalization diversity ideology. SN Social Sciences, 4, 35. https://doi.org/10.1007/s43545-024-00847-3Глазьев, С. Ю. (2021). Как построить Большое евразийское партнерство? Евразийская интеграция: экономика, право, политика, 15(3), 9–14. https://doi.org/10.22394/2073–2929-2021-03-9-14Fomina, M. N. (2022). New model of dialogue in context of the Russian-Chinese humanitarian cooperation. Bol’shaya Evraziya: razvitie, bezopasnost’, sotrudnichestvo [Greater Eurasia: development, security, cooperation], (5-1), 556–558. (In Russ.)Глазьев, С. Ю. (2024). О повестке опережающего развития в новом мирохозяйственном укладе. Евразийская интеграция: экономика, право, политика, 18(3), 9–10. https://doi.org/10.22394/2073–2929-2024-03-9-10Gavritukhin, A. V., & Ivanova, N. I. (2023). Characteristics of developing Russian-Chinese foreign economic relations in 2019–2023. Ekonomicheskie otnosheniya [Journal of International Economic Affairs], 13(4), 819–830. https://doi.org/10.18334/eo.13.4.119250 (In Russ.)Карпова, А. А. (2022). Торгово-экономическое взаимодействие России и Китая в Арктике. Российский внешнеэкономический вестник, (3), 113–120. https://doi.org/10.24412/2072–8042-2022-3-113-120Gerasimov, V. I., & Kodaneva, S. I. (2023). Greater Eurasia: National and civilizational aspects of development and cooperation. Vek globalizatsii [Age of globalization], (2), 90–101. https://doi.org/10.30884/vglob/2023.02.08 (In Russ.)Лукин, А. В. (2020). Россия и Китай в Большой Евразии. Полис. Политические исследования, (5), 46–59. https://doi.org/10.17976/jpps/2020.05.04Giddens, A. (2000). Runaway World: How Globalization is Reshaping Our Lives. Routledge.Луконин, С. А., Вахрушин, И. В. (2023). Российско-китайское торгово-экономическое сотрудничество на фоне антироссийских санкций. Россия и АТР, (1), 160–180. https://doi.org/10.24412/1026–8804-2023-1-160-180Glazyev, S. Yu. (2021). How to Build a Great Eurasian Partnership? Evraziiskaya integratsiya: ekonomika, pravo, politika [Eurasian integration: economics, law, politics], 15(3), 9–14. https://doi.org/10.22394/2073–2929-2021-03-9-14 (In Russ.)Рыбина, М. В. (2013). Цивилизационный подход: возможности и перспективы. Известия МГТУ «МАМИ», 7(1-6), 70–77. https://doi.org/10.17816/2074–0530-67795Glazyev, S. Yu. (2024). On the Agenda of Advanced Development in the New World Economic Order. Evraziiskaya integratsiya: ekonomika, pravo, politika [Eurasian integration: economics, law, politics], 18(3), 9–10. https://doi.org/10.22394/2073–2929-2024-03-9-10 (In Russ.)Ракова, К. В. (2021). Столкновение или сотрудничество цивилизаций? Актуальные оценки западными специалистами концепции С. Хантингтона. Проблемы цивилизационного развития, 3(2), 20–50. https://doi.org/10.21146/2713–1483-2021-3-2-20-50Gross-Gołacka, E., & Martyniuk, A. (2024). Globalisation and the Challenges of Managing Cultural Diversity: From Multiculturalism to Interculturalism. Journal of Intercultural Management, 16(3), 37–57. https://doi.org/10.2478/joim-2024–0010Санаи, М. (2015). Глобализация и мультикультурализм: изменение в понятиях и основах. Век глобализации, (2), 48–58.He, M., Shkvarya, L. V., & Wang, X. (2020). China: socio-economic development and foreign trade. Aziya i Afrika segodnya [Asia and Africa Today], (11), 11–16. https://doi.org/10.31857/S032150750012178-7 (In Russ.)Санкин, Л. А. (ред.) (2008). Диалог культур и партнерство цивилизаций: VIII Международные Лихачевские научные чтения, 22-23 мая 2008 г. Санкт-Петербург: Издательство СПбГУП, 528.Huntington, S. P. (1996). The Clash of Civilizations and the Remaking of World Order. New York: Simon & Schuster, 369.Спартак, А. Н. (2018). Современные трансформационные процессы в международной торговле и интересы России. Москва: ВАВТ Минэкономразвития России, 456.Jixiang, G., & Jing, J. (2022). Scientific, Technological and Innovation Cooperation Between China and Russia in the New Era: Reshaping the Model and Choosing an Approach from the Perspective of Chinese Experts. Studies on Russian Economic Development, 33(6), 656–662. https://doi.org/10.1134/S1075700722060053Фомина, М. Н. (2022). Новая модель диалога в контексте российско-китайского гуманитарного сотрудничества. Большая Евразия: развитие, безопасность, сотрудничество, (5-1), 556–558.Karpova, A. A. (2022). Sino-Russian Trade and Economic Cooperation in the Arctic. Rossiiskii vneshneekonomicheskii vestnik [Russian Foreign Economic Journal], (3), 113–120. https://doi.org/10.24412/2072–8042-2022-3-113-120 (In Russ.)Хэ, М., Шкваря, Л. В., Ван, С. (2020). Китай: социально-экономическое развитие и внешняя торговля. Азия и Африка сегодня, (11), 11–16. https://doi.org/10.31857/S032150750012178-7Koopmans, R. (2013). Multiculturalism and Immigration: A Contested Field in Cross-National Comparison. Annual Review of Sociology, 39(1), 147–169. https://doi.org/10.1146/annurev-soc-071312–145630Шкваря, Л. В., Фролова, Е. Д. (2022). Компаративный анализ развития внешней торговли в цифровом сегменте по регионам мира. Экономика региона, 18(2), 479–493. https://doi.org/10.17059/ekon.reg.2022-2-13Li, Y. (2018). The greater Eurasian partnership and the Belt and Road Initiative: Can the two be linked? Journal of Eurasian Studies, 9(2), 94–99. https://doi.org/10.1016/j.euras.2018.07.004Alesina, A., & La Ferrara, E. (2005). Ethnic Diversity and Economic Performance. Journal of Economic Literature, 43(3), 762–800.Li, Z. (2017). The Greater Eurasian Partnership: Remodeling the Eurasian Order?. China International Studies, 46-65.Diamond, A. (2024). A globalization diversity ideology. SN Social Sciences, 4, 35. https://doi.org/10.1007/s43545-024-00847-3Lukin, A. V. (2020). Russia and China in Greater Eurasia. Polis. Politicheskie issledovaniya [Polis. Political Studies], (5), 46–59. https://doi.org/10.17976/jpps/2020.05.04 (In Russ.)Giddens, A. (2000). Runaway World: How Globalization is Reshaping Our Lives. London: Routledge, 120.Lukonin, S., & Vakhrushin, I. (2023). Russian-Chinese Trade and Economic Cooperation amid Anti-Russian Sanctions. Rossiya i ATR [Russia and the Pacific,] (1), 160–180. https://doi.org/10.24412/1026–8804-2023-1-160-180 (In Russ.)Gross-Gołacka, E., & Martyniuk, A. (2024). Globalisation and the Challenges of Managing Cultural Diversity: From Multiculturalism to Interculturalism. Journal of Intercultural Management, 16(3), 37–57. https://doi.org/10.2478/joim-2024–0010Rakova, K. V. (2021). The clash or cooperation of civilizations? Current reviews of Huntington’s theory from western specialists. Problemy tsivilizatsionnogo razvitiya [Civilization studies review], 3(2), 20–50. https://doi.org/10.21146/2713–1483-2021-3-2-20-50 (In Russ.)Huntington, S. P. (1996). The Clash of Civilizations and the Remaking of World Order. New York: Simon & Schuster, 369.Rodrik, D. (1997). Has Globalization Gone Too Far?. Institute for International Economics.Jixiang, G., & Jing, J. (2022). Scientific, Technological and Innovation Cooperation Between China and Russia in the New Era: Reshaping the Model and Choosing an Approach from the Perspective of Chinese Experts. Studies on Russian Economic Development, 33(6), 656–662. https://doi.org/10.1134/S1075700722060053Rybina, M. V. (2013). Civilizational approach: opportunities and prospects. Izvestiya MGTU “MAMI”, 7(1-6), 70–77. https://doi.org/10.17816/2074–0530-67795 (In Russ.)Koopmans, R. (2013). Multiculturalism and Immigration: A Contested Field in Cross-National Comparison. Annual Review of Sociology, 39(1), 147–169. https://doi.org/10.1146/annurev-soc-071312–145630Sanai, M. (2015). Globalization and multi-culturalismus: changing in terms and backgrounds. Vek globalizatsii [Age of globalization], (2), 48–58. (In Russ.)Li, Y. (2018). The greater Eurasian partnership and the Belt and Road Initiative: Can the two be linked? Journal of Eurasian Studies, 9(2), 94–99. https://doi.org/10.1016/j.euras.2018.07.004Sankin, L. A. (Ed.) (2008). Dialog kul’tur i partnerstvo tsivilizatsii: VIII Mezhdunarodnye Likhachevskie nauchnye chteniya, 22-23 maya 2008 g. [Dialogue of cultures and partnership of civilizations: VIII International scientific readings named after D. Likhachev (May, 22-23, 2008)]. Saint-Petersburg: Saint-Petersburg University of the Humanities and Social Sciences Publ., 528. (In Russ.)Li, Z. (2017). The Greater Eurasian Partnership: Remodeling the Eurasian Order? China International Studies, 46-65.Sen, A. (2006). Identity and Violence: The Illusion of Destiny. W. W. Norton & Company.Rodrik, D. (1997). Has Globalization Gone Too Far? Washington, DC: Institute for International Economics, 128.Shkvarya, L. V., & Frolova, E. D. (2022). Comparative Analysis of Foreign Trade Development in the Digital Segment by World Regions. Ekonomika region [Economy of regions], 18(2), 479–493. https://doi.org/10.17059/ekon.reg.2022-2-13 (In Russ.)Sen, A. (2006). Identity and Violence: The Illusion of Destiny. New York: W.W. Norton & Company, 240.Spartak, A. N. (2018). Sovremennye transformatsionnye protsessy v mezhdunarodnoi torgovle i interesy Rossii [Contemporary transformation processes in international trade and interests of Russia]. Moscow: Russian Foreign Trade Academy, 456. (In Russ.)Stiglitz, J. E. (2002). Globalization and Its Discontents. New York: W.W. Norton & Company, 288.Stiglitz, J. E. (2002). Globalization and Its Discontents. W.W. Norton & Company.Zhao, H. (2018). Greater Eurasian Partnership: Chinas Perspective. China International Studies, 68(1), 68–84.Zhao, H. (2018). Greater Eurasian Partnership: Chinas Perspective. China International Studies, 68(1), 68–84.